Немецкие самолеты-разведчики появились над полуостровами Рыбачий и Средний 17 июня 1941 года. В этот день впервые заговорили советские зенитки и в воздух поднялись североморские истребители. Уже 19 июня Военный совет Северного флота ввел повышенную оперативную готовность, и, когда 22 июня в зоне досягаемости трехорудийной 130-мм береговой батареи старшего лейтенанта П. Ф. Космачева, контролировавшей вход в Печенгскую губу, появился вражеский тральщик, он был незамедлительно отправлен на дно.
На следующий день боевой счет побед открыли зенитчики Северного флота, сбив два фашистских самолета, 24 июня — авиация: здесь в воздушном бою отличился старший лейтенант Б. Ф. Сафонов, уничтоживший бомбардировщик Хе-111...
В августе 1941 года начали боевые действия и торпедные катера. Первая их встреча с врагом произошла в ночь на 12 сентября, когда ТКА-11 под командованием капитан-лейтенанта Г. К. Светлова и ТКА-12 лейтенанта А. О. Шабалина вышли на перехват фашистского конвоя, шедшего из Киркинеса в Петсамо...
Маскируясь шумом волн и фоном берега, звено катеров почти вплотную подошло к прибрежным скалам у Петсамовуоно и приступило к поиску. В 22 часа 05 минут был обнаружен конвой в составе транспорта и четырех кораблей охранения. В голове ордера шел сторожевик, три катера прикрывали судно с моря, поскольку нападения со стороны берега гитлеровцы не ожидали. Сблизившись на самом малом ходу с караваном, Д-3 дали полный ход и устремились на противника. Последовал двухторпедный залп ТКА-12, уничтоживший транспорт. А атакованный Светловым сторожевик получил серьезные повреждения.
Корабли эскорта обнаружили торпедные катера лишь после взрывов торпед и открыли огонь с большим опозданием. Это дало возможность катерникам оторваться от преследователей и благополучно вернуться в Пумманки — маневренную базу на полуострове Средний.
Вечером 5 октября на перехват вражеского конвоя вышли ТКА-12 А. О. Шабалина и ТКА-11 лейтенанта П. И. Хапилина. И на этот раз удача сопутствовала катерникам — вскоре они обнаружили в западном районе фашистский транспорт в сопровождении трех кораблей охранения. Было решено повторить тактический прием предыдущего боя: зайти со стороны берега, где практически отсутствовало прикрытие. К тому же в тени скал катера были почти невидимы.
Следует точный торпедный удар. И, прежде чем на кораблях сопровождения успевают сыграть боевую тревогу, транспорт разламывается пополам, а ТКА-11 и ТКА-12, форсируя ход, удаляются на недосягаемое для вражеского огня расстояние.
Эффектная тактика, разработанная одним из опытных катерников, А. О. Шабалиным, вскоре нашла широкое применение на Северном флоте. В первые месяцы войны торпедные катера уничтожили 5 транспортов и кораблей противника. Правда, когда пришло время осенних и зимних штормов и сильных морозов, выходы катеров на коммуникации стали редкими, а весной, с наступлением полярного дня и с возросшей в связи с этим воздушной опасностью, вовсе прекратились и возобновились лишь осенью 1942 года. Тем не менее успешные действия Д-3 показали, что в условиях Заполярья можно весьма эффективно использовать даже эти самые маленькие корабли советского флота.
Одной из важнейших задач, возложенных на североморские ТКА, было блокирование входа в бухту Петсамо: каждое судно врага встречалось атаками торпедных катеров и заградительным огнем береговых батарей.
...В ту апрельскую ночь 1943 года фашистские транспорты вышли из Петсамо под прикрытием шести сторожевиков. На перехват конвоя устремились катера с бортовыми номерами 13 и 14 старшего лейтенанта А. О. Шабалина и лейтенанта Д. Ф. Колотия. Несмотря на тройное превосходство противника, советские катерники решили атаковать. Однако ни первая попытка, ни вторая к успеху не привели: всякий раз перед 13-м и 14-м вставала сплошная огневая завеса. Тем временем оба транспорта легли на обратный курс в фиорд и увеличили ход. А корабли охранения, полукольцом окружив наши катера, начали теснить их к берегу, не позволяя прорваться в море.
Инициатива боя грозила перейти к гитлеровцам. И в этих крайне неблагоприятных условиях Шабалин решил отвлечь внимание врага на себя, дав тем самым возможность выйти на цель катеру Колотия.
Следует стремительный маневр: Шабалин обстреливает из пулеметов один из сторожевиков и скрывается в дымовой завесе. Через несколько минут катер выскакивает из нее, атакует другой корабль охранения и вновь скрывается в дыму. Повторив этот прием несколько раз, Шабалин тем самым сосредоточил внимание фашистов на действиях своего Д-3. Под прикрытием дымовой завесы катер Колотия набирает ход и неожиданно для противника проскакивает между сторожевиками. Когда дистанция между его катером и транспортом сократилась до двух-трех кабельтовых, последовал торпедный залп...
Внезапная атака ТКА-14, тонущий транспорт — все это оказалось для противника настолько неожиданным, что корабли охранения в течение нескольких минут не смогли предпринять никаких ответных действий. И этим обстоятельством воспользовался Шабалин. Мгновенно оценив обстановку, он прорвался в глубь фиорда и атаковал второе судно. Теперь надо было незамедлительно уходить — гитлеровцы, разъяренные потерей двух транспортов, сделают все, чтобы уничтожить смельчаков.
И действительно, все шесть кораблей охранения, перекрыв выход из фиорда, двинулись навстречу катеру Шабалина.
Ситуация казалась безвыходной. Однако старший лейтенант принял решение — единственно верное в такой ситуации. Он направил свой катер в сторону берега, откуда стреляли вражеские батареи.
Под ураганным артиллерийским огнем, осыпаемый густой дробью осколков, ТКА-13 прорывался к выходу из залива. Ежеминутно меняя курс, то увеличивая, то уменьшая обороты двигателей, Шабалин не давал артиллеристам возможности пристреляться. Ну а сторожевики войти в зону действия своих батарей явно опасались. Так и вырвался «тринадцатый» из фиорда, окруженный фонтанами от разрывов вражеских снарядов...
В конце 1943 года условия для действий торпедных катеров существенно улучшились. Авиация Северного флота, прочно завоевавшая господство в воздухе, теперь уже могла обеспечивать ТКА разведкой, а в светлое время суток — и воздушным прикрытием. К тому же на Севере существенно увеличилось количество катеров — теперь они стали выходить в море сразу двумя группами, с последующим взаимным наведением на обнаруженный конвой.
Придерживаясь такой тактики, две группы торпедных катеров под командованием капитана II ранга В. А. Чекурова и старшего лейтенанта А. О. Шабалина 22 декабря 1943 года успешно атаковали вражеский конвой. Результатом боя стали три потопленных сторожевика и транспорт противника.
История сохранила много эпизодов успешных боевых операций с участием катеров типа Д-3. Но особенно упорной и целеустремленной была атака ТК (Приказом по Северному флоту от 22 декабря 1943 г. были изменены принятые ранее сокращения в обозначении торпедных катеров с ТКА на ТК.) с бортовыми номерами 13 и 114 (до 1 апреля 1944 года № 15) под общим командованием капитан-лейтенанта В. П. Федорова.
...Проблесковые огни были замечены на берегу сигнальщиками с советских торпедных катеров около полуночи 22 апреля 1944 года. Катерники предположили, что навигационные ориентиры включили не случайно: где-то рядом следует конвой. И они не ошиблись: в 2 часа 16 минут показались восемь сторожевиков — «шнельботов». Для прикрытия конвоя противник поставил дымовую завесу. Увеличив ход, торпедные катера устремились вперед. В темноте ночи вспыхнул яростный бой. ТК-13 и ТК-114 трижды пытались прорваться к каравану, и трижды шквальный огонь «шнельботов» вынуждал их отходить. Пользуясь численным превосходством (четырехкратным!), «шнельботы» смело контратаковали.
Видя, что пробиться к конвою не удается, капитан-лейтенант Федоров повел звено в сторону Рыбачьего, показывая тем самым фашистам, что он отказался от попытки напасть на транспорты. Но, описав широкую дугу, оба Д-3 вышли к конвою с кормы и устремились в четвертую атаку. На этот раз она удалась: один транспорт был потоплен, а другой поврежден.
Звено без потерь вернулось в базу. Действия экипажей ТК-13 и ТК-114 вызвали восхищение даже у самых опытных катерников соединения. Все участники боя были удостоены правительственных наград, а нарком Военно-Морского Флота Н. Г. Кузнецов объявил им благодарность. Командирам торпедных катеров досрочно присвоили очередные воинские звания.
В сентябре 1944 года Карельский фронт начал операцию по очистке от врага района Петсамо, Северному же флоту предстояло сорвать эвакуацию войск противника морем, а также десантировать морскую пехоту во вражеский тыл.
Фашисты всеми силами пытались удержать Петсамо для эвакуации через него в Северную Норвегию остатков своих разгромленных соединений. Поэтому командующий Северным флотом принял решение сначала силами десанта овладеть портом Линахамари и затем начать наступление на Петсамо с севера. Для доставки десантников было выделено 8 торпедных и 6 сторожевых катеров.
12 октября в 21 час катера вышли в море. Однако недалеко от входа в Печенгскую губу противник обнаружил первую группу, которой командовал Герой Советского Союза капитан-лейтенант А. О. Шабалин. Враг начал интенсивный артиллерийский обстрел, но катера, увеличив скорость, ворвались в порт. Точно так же под сильным огнем врага, маневрируя курсом и скоростью, используя «мертвые» пространства у западного берега залива, доставляли десантников в порт и остальные группы катеров. Шабалин встречал подходившие группы и сопровождал их к пунктам высадки.
Стремительное наступление десантников позволило уже к вечеру 13 октября полностью овладеть портом Линахамари. А 15 октября войска 14-й армии очистили от врага Петсамо и 25 октября — Киркинес. Таким образом, в результате действий Северного флота было освобождено все побережье от Печенгской губы до Бек-фиорда. Петсамо-Киркинесская операция завершилась разгромом группировки немецко-фашистских войск в Заполярье, положив начало изгнанию гитлеровцев из Норвегии.
В жестоких схватках с врагом советские катерники проявили себя мужественными защитниками Родины, показав высокие образцы воинского мастерства, невиданную стойкость и героизм. Они расстраивали морские коммуникации врага, высаживали десанты и разведывательные группы, участвовали в сопровождении крупных кораблей и транспортов, в постановке минных заграждений. Наиболее значительных успехов добились дважды Герой Советского Союза А. О. Шабалин и Герой Советского Союза А. Г. Свердлов, потопившие по семь судов и кораблей каждый. В. М. Лозовскому, В. М. Старостину и А. И. Афанасьеву, воевавшим на Д-3, были также присвоены звания Героя Советского Союза.
ТОРПЕДНЫЙ КАТЕР Д-3
Торпедные катера этого типа имели полное водоизмещение 32,1 т, наибольшую длину 21,6 м (длина между перпендикулярами — 21,0 м), наибольшую ширину по палубе 3,9 и по скуле — 3,7 м. Конструктивная осадка составляла 0,8 м. Корпус Д-3 изготовлялся из дерева.
Скорость хода зависела от мощности использовавшихся двигателей. ГАМ-34 по 750 л. с. позволяли развивать катерам ход до 32 узлов, ГАМ-34ВС по 850 л. с. или ГАМ-34Ф по 1050 л. с. — до 37 узлов, «паккарды» мощностью по 1200 л. с. — 48 узлов.
На опытных катерах и серийных Д-3 впервые были установлены бугельные торпедные аппараты бортового сбрасывания. Достоинство их было в том, что они позволяли производить залп со «стопа», в то время как катера типа Г-5 при этом должны были развить скорость не меньше 18 узлов — в противном случае они не успевали отвернуть от выпущенной торпеды.
Выстрел торпедами производился с мостика катера воспламенением гальванического запального патрона. Залп дублировался торпедистом с помощью двух запалпатронов, установленных в торпедном аппарате.
Д-3 вооружались двумя 533-мм торпедами образца 1939 г.; масса каждой составляла 1800 кг (заряд тротила — 320 кг), дальность хода при скорости 51 узел — 21 кабельтов (около 4 тыс. м).
Стрелковое вооружение Д-3 состояло из двух пулеметов ДШК калибра 12,7 мм. Правда, в годы войны на катера устанавливали и 20-мм автоматическую пушку «эрликон», и спаренный пулемет «Кольт-браунинг» калибра 12,7 мм, и некоторые другие типы пулеметов.
Корпус катера имел толщину 40 мм. При этом днище было трехслойным, а борт и палуба — двухслойными. На наружный слой шла лиственница, а на внутренний — сосна. Обшивка крепилась медными гвоздями в расчете пяти штук на один квадратный дециметр.
Корпус Д-3 разделялся на пять водонепроницаемых отсеков четырьмя переборками. В первом отсеке 10—3 шп. располагался форпик, во втором (3—7 шп.) — четырехместный кубрик. Камбуз и выгородка для котла — между 7-м и 9-м шпангоутами, радиокаюта — между 9-м и 11-м.
На катерах типа Д-3 устанавливалось, улучшенное навигационное оборудование по сравнению с тем, что было на Г-5. Палуба Д-3 позволяла брать на борт десантную группу, к тому же по ней можно было передвигаться во время похода, что было невозможно на Г-5.
Условия обитаемости экипажа, состоявшего из 8—10 человек, давали возможность катеру подолгу оперировать вдали от основного места базирования. Был предусмотрен и обогрев жизненно важных отсеков Д-3.
Н. ФЕДОРОВ
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ТОРПЕДНОГО КАТЕРА Д-3
Длина наибольшая, м — 21,6
Ширина наибольшая по палубе, м — 3,9
Высота борта, м — 2,2
Осадка кормой, м — 1,35
Водоизмещение, полное, т — 32,11
Дальность плавания при 8-узловом ходе, миль — 550
Мореходность наибольшая, баллы — 6
Экипаж, чел. — 8—10
Вооружение — два 12,7-м м пулемета ДШК, торпедный аппарат бортового сбрасывания БС-7, две 533-мм торпеды, 8 глубинных бомб, дымовая аппаратура.
